Категорії

Дипломні, курсові
на замовлення

Дипломні та курсові
на замовлення

Роботи виконуємо якісно,
без зайвих запитань.

Замовити / взнати ціну Замовити

§ 745. Все отмеченные особенности, не говоря о фактической гигантской материальной мощи, служат неким предлогом, чтобы рассматривать ТНК не просто в качестве обыкновенного коммерческого предприятия, но особого рода международного образования - равного, если не юридически, то фактически, по мощи самим государствам. А отсюда и вроде бы логическое основание для того, чтобы признать "равенство" и юридически, то есть признать ТНК - субъектами международного права с той иной степенью правоспособности (правосубъектности) (см. также   § 141).

Если описанные выше попытки подчинить деятельность ТНК международно-правовой регламентации сравнить со своего рода долгой "осадой" могучей цитадели совокупности всех ТНК, то встречные претензии с их стороны на международную правосубъектность выглядят как некие кавалерийские "вылазки" из осажденной крепости. Однако как "осада", так и "вылазки" пока равно оказываются безуспешными, международное право с трудом поддается принципиальным изменениям.

§ 746. Притязания ТНК на международную правосубъектность хотя и не выдвигаются прямо, явно пока не имея шансов для успеха (к примеру, в рамках ООН), довольно широко присутствуют в научной доктрине с теми иными теоретическими обоснованиями, что выглядит своего рода рекогносцировкой для эвентуальной политической акции. Фактически единственную цель приобретения ТНК международно-правового статуса с очевидностью можно видеть лишь в стремлении вывести ТНК из-под национальной юрисдикции, придав им международно-правовой иммунитет от гражданско-правовых судебных притязаний на национальном уровне (см. § 53, 141).

В практическом плане такая иммунность, разумеется, может во многих случаях быть весьма удобной для ТНК, но была бы весьма неудобной для потенциальных процессуальных противников ТНК, в том числе и на государственном уровне. Что же касается чисто политического и теоретического аспектов наделения ТНК статусом субъектов международного права, притязания эти не выглядят основательными.

Во-первых, включение ТНК в "состав" субъектов международного права принципиально порочно, ибо открывает шлюзы для размывания самого понятия и сущности международного права. Логически, если предоставлять международную правосубъектность для ТНК, почему тогда не предоставлять ее и для иных национальных предприятий, возможно, не менее крупных, чем некоторые ТНК, а следуя далее, и для любых юридических лиц и индивидов?

Во-вторых, предоставление международно-правового статуса хотя бы "крупнейшим" ТНК (как иногда предлагается) создавало бы простор для субъективных и политических спекуляций. И какие ТНК понимать в качестве "крупнейших", если даже понятие самих ТНК еще далеко от определенности и общего признания?

Наконец, никак нельзя обосновать и пользу наделения ТНК международной правосубъектностью с практической точки зрения. По долгому опыту ТНК неплохо процветают и без международной правосубъектности. Не ясно и что выиграют реально государства от приобретения ТНК правосубъектности?

§ 747. Пытаясь обосновывать правосубъектность ТНК, обычно смешивается два разных вида международных экономических отношений: а) отношения публичного характера, регулируемые международным публичным правом, и б) отношения частноправового характера (в которых, разумеется, могут участвовать и ТНК), регулируемые применимым гражданским правом тех иных государств, а также и международно-правовыми (конвенционными) нормами, которые могут применяться, в частности, и к ТНК. Соответственно индивиды и юридические лица, очевидно, могут быть дестинаторами определенных норм международного права. Но это вовсе не значит, что такие лица, в том числе индивиды и ТНК, следует признавать субъектами международного права.

Идеи наделения международной правосубъектностью ТНК, индивидов и т.п. давно не новы. И уже одно то, что эти идеи, оставаясь на уровне доктрины, по сути не воспринимаются реальным международным правом, свидетельствует о нежизненности такого теоретизирования, во всяком случае до тех пор, пока не появится некое общемировое правительство, с апологетами которого по сути смыкаются и апологеты распространения международной правосубъектности на физических и юридических лиц.

 
***

 

Что касается правового статуса ТНК и ФПГ в рамках СНГ, то по аналогии с генетически "родственными" им МХО в рамках сотрудничества в СЭВ отдельные ТНК и ФПГ в зависимости от условий их учредительных документов могут обладать ограниченной функциональной международной правосубъектностью и во всяком случае - внутринациональной правосубъектностью по месту их регистрации*(54).

§ 748. Выше проиллюстрировано, что по существу нет никакого солидного междунанодно-правового обязывающего регулирования деятельности ТНК как таковых. До сих пор не сложилось и международно-правового регулирования трансграничной деятельности ТНК в международных экономических отношениях. Поэтому нельзя, со ссылками, в частности, на ТНК, серьезно говорить о так называемом "международном транснациональном праве", тем более как о некой третьей правовой системе, наряду с международным и внутригосударственным правом. Некорректно считать и что в системе международного экономического права объективно существует некое транснациональное право. Где система норм этого права (см. § 65)?

§ 749. Уместно здесь же отметить, что фигурирующее в трудах некоторых европейских ученых (Х.Кок, У.Магнус, П.Винклер фон Маренфельс и др.) понятие "международного права компаний" как якобы института современного международного частного права - на самом деле не более как доктринальная идея весьма спорного свойства. Международное частное право, понимаемое в науке и на практике как институт того иного национального гражданского права либо как совокупность в основном конвенционных норм международного публичного права, унифицированно регулирующих частноправовые отношения, - и в том и в другом случаях не содержит пока особых, сложившихся и общепризнаваемых институтов так называемого международного права компаний.