Категорії

Дипломні, курсові
на замовлення

Дипломні та курсові
на замовлення

Роботи виконуємо якісно,
без зайвих запитань.

Замовити / взнати ціну Замовити

В. Самопредъявление и «Я» личности

Вопрос о связи самопредъявления и "Я" личности считается одним из самых интересных. Как уже отмечалось, многие психологи пытаются объяснить причины поведения человека его личными особенностями. Р. Аркин и ряд авторов, на которых он ссылается, тяготеют к другой крайности, подвергая сомнению существование константного "Я" в структуре личности. Это­му дается следующее объяснение: поведение, направленное на то, чтобы создать у других оп­ределенное впечатление о себе (для достижения социальных наград), может легко стать ча­стью "Я" - концепции. Поскольку, люди редко сознают мотивы своего самопредъявления, они способны уверовать в то, что на самом деле являются теми, за кого себя выдают. Возможно действие и другого механизма. Если окружающие считают поведение индивида отражением его личных характеристик и общаются с ним в соответствии с его самопредъявлением, то де­монстрируемое может стать реальным.

Авторы, утверждающие, что в человеке нет никакого настоящего "Я", полагают, что личность вполне сравнима с луковицей: можно снимать слой за слоем, так ничего и не обна­ружив в центре; не исключено также, что личность - не что иное, как различные самопредъяв­ления, и поэтому бессмысленно искать реальные "Я" или реальные аттитюды.

Наиболее значительной работой, посвященной связи самопредъявления и "Я” - концеп­ции, является упоминавшаяся ранее книга Б. Шленкера "Управление впечатлением: "Я" - концепция, социальная идентичность и межличностные отношения" (1981 г.). Позиция автора по вопросу о соотношении "Я" реального и "Я" предъявляемого не столь категорична, как у Р. Аркина и его единомышленников. "Я" - концепцию, по мнению Б. Шленкера, люди созда­ют сами относительно себя. Эта концепция является как результатом прошлого, так и основой будущего опыта индивида. Социальную идентичность, по мнению автора, люди также выраба­тывают самостоятельно в процессе социального взаимодействия - относительно себя (вос­приятие своей идентичности) и окружающих (восприятие идентичности других). Воспри­ятие собственной идентичности составляет часть более широкой "Я"- концепции. Посредством тактик управления впечатлением люди пытаются влиять на идентичности, которые они адре­суют другим.

Управление впечатлением партнёра происходит с помощью привлечения внимания к тем особенностям внешнего облика, поведения или представления ситуации, которые “запускают” соответствующие механизмы восприятия. В общении участвуют как минимум два человека, и каждый из них может активно влиять на восприятие партнёра. Наверное, каждый человек хотя бы раз интересовался тем, какое впечатление он производит на других, т.е. его волновало, какой результат даёт его самопредъявление. Причём этот результат всегда связан с формирование целостного впечатления у собеседника.

Наш партнёр по общению – это живой человек, имеющий свои цели, свои представления о характере взаимоотношений и, главное, способный решительным образом повлиять на то, каким мы его увидим. По существу, самопредъявление есть средство управления вниманием других, но не его цель. Достаточно вспомнить восторженное впечатление от “волшебства” фокусников, которые умеют вытащить у человека из кармана предмет, который там никогда не находился. Но ведь известно, что огромная доля мастерства фокусника – умение управлять вниманием аудитории: вовремя отвлекать, вовремя направлять его куда следует. Ведь не является же нашей целью простые привлечения внимания к костюму, причёске, макияжу – это только средства для создания желаемого образа “Я”. Обычно при взаимодействии человек вольно или невольно ожидает, что тот или иной акцент, который он ставит в самопредьявлении, вызовет не только и не столько внимание к себе, сколько приведёт к раскрытию многих других параметров, необходимых для завершенного образа “Я”.

Откуда же мы знаем, какие детали, какие акценты приведут к желаемому впечатлению? Основой для самопредъявления является наше интуитивное знание основных способов социального восприятия. Это и типичные схемы формирования первого впечатления, и эмоциональное понимание, и закономерности каузальной атрибуции. Самопредъявление заключается в умении (в большинстве случаев неосознанном) направить восприятие партнёра по определённому пути.

Образ партнёра, который создаётся при знакомстве – это регулятор последующего поведения, и в силах каждого человека сделать так, что бы его партнёр по общению обратил внимание именно на то, что ему предъявляется. Самопредъявление влияет на процесс общения всегда, независимо от того, насколько люди прикладывают к этому соответствующие усилия.

В ходе многочисленных исследований было установлено, что люди отличаются друг от друга в зависимости от того, на сколько их поведение меняется в различных ситуациях. Если самопредъявления личности вариативны, то нащупать ядро личности, не сводимое к самопредъявлению, достаточно сложно. Если же поведение человека характеризуется постоянством и предъявляемый образ “Я” не меняется от ситуации к ситуации, то объяснить поведение личностными характеристиками значительно проще.

Всегда, когда возникали новые подходы к объяснению индивидуальных отличий в управлении впечатлением, интерес психологов к теме "самопредъявление" вспыхивал с новой силой. Так, в 60-е годы была разработана Шкала социальной желательности Марлоу-Кроуна, ставшая впоследствии достаточно популярной. С помощью данной шкалы удалось установить, что люди, имеющие значительно выраженную потребность быть социально желательными (т.е. потребность в одобрении), более конформны; сдерживают открытую враждебность по отношению к тем, кто их оскорбляет; демонстрируют широкий спектр других видов социально желательного поведения.

В начале 70-х годов отмечался значительный всплеск активности общих и социальных психологов, исследовавших "макиавеллизм' как характеристику личности. Учеными быларазработана соответствующая шкала, по которой и определялись манипулятивные умения людей. В ходе экспериментальных исследований удалось установить, что индивиды, имевшие высокий балл по "шкале макиавеллизма", обладали поразительными манипулятивными умениями.

Также в начале 70-х годов авторитетный социальный психолог М. Снайдер разработал концепцию и шкалу самоуправления, что принесло ему широкую известность. Данную шкалу и поныне активно используют новые поколения ученых, обогащая в своих исследованиях концепцию Снайдера.

Шкала самоуправления служит для различных людей, "хорошо" и "плохо" управляющих собой. Индивиды, хорошо управляющие собой, хорошо управляют производимым впечатлением. Они гибко, адаптивно, эффектно справляются с разнообразными социальными ролями; хорошо приспосабливаются к ситуациям, мастерски и ловко выбирая самопредъявление, которое соответствует каждому конкретному случаю.

Индивиды, плохо управляющие собой, соответственно плохо управляют производимым впечатлением. Их поведение практически не меняется от ситуации к ситуации, от одной социальной роли к другой. М. Снайдер объясняет выявленный феномен существованием двух типов личностей - "прагматической" и "принципиальной". Индивид, как считает ученый, демонстрирует свойственный его типу личности тип самопредъявления – "скроенный" в соответствии с ситуативными особенностями (у "прагматической" личности); отражающий внутренние характеристики предъявляющегося (у "принципиальной"). "Прагматическая" и "принципиальная" типология личности отличаются, прежде всего, существующей спецификой "Я» - концепции человека –"прагматической" или "принципиальной", которая определяет как особенности когнитивной, поведенческой сфер, так и специфику межличностных проявлений.

Шкалы макиавеллизма и самоуправления М. Снайдера измеряют, казалось бы, сходные явления изменчивость поведения в зависимости от ситуации, с одной стороны, (что связано с прагматичностью человека), либо постоянство поведения, независимо от ситуации –с другой (что объясняется, прежде всего, принципиальностью человека). Однако, как отмечается в ряде работ последних лет, результаты, получаемые по шкалам "макиавеллизма" и самоуправления, не коррелируют на значимом уровне. Объясняется это тем, что "макиавеллизм" ассоциируется с ориентацией на себя, ассимилятивной формой управления впечатлением, а самоуправление – с ориентацией на других, аккомодативной формой управления впечатлением.

В начале 80-х годов Б. Шленкер, М. Лири, Р. Аркин и ряд других исследователей выявили принципиально иную, в сравнении с альтернативой Снайдера, оппозицию хорошемууправлению собой – поведение болезненно застенчивых, социально тревожных людей. Если "плохо управляющий собой" человек (по Снайдеру) не меняет своего самопредъявления в различных ситуациях, как бы в силу принципиальных соображений, то застенчивый или социально-тревожный человек хочет, но не может производить благоприятное впечатление на других людей. Не владея соответствующими социальными умениями, застенчивый человек пытается, прежде всего, избежать социального неодобрения и придерживается защитного способа самопредъявления, тогда как все люди обычно стремятся достичь социального одобрения с помощью соответствующего самопредъявления. На этом основании перечисленные выше авторы предложили рассматривать застенчивость как исключение из правила

Предрасположение в пользу своего Я, ложная скромность и препятствия, которые мы создаем себе сами, показывают глубину нашей заботы о Я- образе. В разной степени мы постоянно управляем впечатлениями, которые создаем. Хотим ли мы произвести впечатление, запугать или показаться беспомощными, мы являемся общественными созданиями, играющими перед аудиторией.

Самопредъявление относится к нашему стремлению представить желаемый образ как для аудитории вне (другие люди), так и для аудитории внутри (мы сами). Мы учимся управлять впечатлением, которое производим. Мы выражаем свое самоопределение («самоопределяемся»), показывая себя как определенный тип человека. Намеренно или нет, мы извиняем, оправдываем или защищаем, когда это необходимо, чтобы поддержать свою самооценку и подтвердить свой Я- образ. В знакомых ситуациях это происходит без сознательных усилий. В незнакомых ситуациях, допустим при встрече с людьми, на которых мы хотели бы произвести впечатление, или в разговоре с лицом другого пола, мы достаточно точно осознаем, какое впечатление производим. Готовясь к фотографированию, мы можем даже попытаться придавать лицу, смотрясь в зеркало, разные выражения.

Преподносить себя так, чтобы создать желаемое впечатление, дело очень тонкое. Люди хотят, чтобы их воспринимали способными, но в то же время скромными и честными. Скромность создает хорошее впечатление, а намеренное хвастовство – плохое. Вот вам феномен ложной скромности: мы часто демонстрируем более низкую самооценку, чем чувствуем в глубине души. Но когда мы явно сделали что-то очень хорошо, ложное отрицание этого («Я действительно был хорош, но это не- большое дело») может предстать в виде притворной скромности. Чтобы произвести хорошее впечатление – скромного, но компетентного, требуются социальные умения, достигающиеся практикой.

Когда индивид предстает перед другими людьми, его действия будут влиять на их определение ситуации. Индивид иногда будет действовать в тщательно рассчитанной манере, подавая себя соответствующим образом только для того, чтобы создать определенное впечатление, которое должно вызвать у присутствующих конкретные желательные для него реакции. Иногда эта активность индивида будет рассчитанной, но не вполне осознанной. Иногда он будет намеренно и осознанно подавать себя определенным образом, но преимущественно потому, что так принято в его группе общения или же его социальный статус требует именно этого вида выражения, а не для того, чтобы вызвать определенную реакцию (помимо расплывчатого одобрения), которая должна возникнуть у тех на кого производится впечатление. Иногда традиции роли индивида вынуждают его создавать хорошо придуманное впечатление особого рода, и, более того, он может быть ни сознательно, ни бессознательно не расположен производить такое впечатление.

Окружающие, в свою очередь, могут находиться под соответствующим впечатлением вследствие усилий индивида нечто выразить или могут не разобраться в ситуации и прийти к выводам, которые не основаны ни на намерениях индивида, ни на действительности. В любом случае, поскольку другие действуют так, как если бы индивид внушал определенное впечатление, мы можем занять функциональную или прагматическую позицию и говорить, что индивид «эффективно» спроектировал данное определение ситуации и «эффективно» способствовал необходимому пониманию положения дел.

Один аспект реакции зрителей требует более внимательного рассмотрения. Зная, что индивид скорее представит себя в выгодном для него свете, зрители могут разделить то, что они наблюдают, на две части: первую, которой относительно легко манипулировать по своему усмотрению, - в основном это слова, и вторую, которая кажется трудноосознаваемой и контролируемой, то, что выдает. В этом состоит «фундаментальная асимметрия» коммуникативного процесса: индивид осведомлен об одном канале информации, а его зрители знают и об этом канале, и еще об одном.

Однако следует учитывать, что искусство распознавать рассчитанные усилия индивида, кажется более легко совершенствуемым, чем способность человека манипулировать собственным поведением. У зрителей есть преимущества перед актером.

Экспрессивность индивида (а тем самым и его способность создавать впечатление), по-видимому, состоит из двух радикально отличающихся видов социальной активности:

- экспрессии, которую он сам выдает;

- экспрессии, которая его выдает.

Первый вид содержит словесные символы или их заменители, которые индивид использует конвенционально и исключительно для сообщения этой информации, которая придана этим символам. Это и есть коммуникация в традиционном и узком смысле. Второй вид включает в себя широкий диапазон действий, которые другие люди могут рассматривать в качестве симптоматических по отношению к субъекту действий; считается, что эти действия совершаются не для передачи той информации, которую они несут.

Контроль со стороны индивида восстанавливает симметрию коммуникативного процесса и устанавливает стадию одного из видов информационной игры – потенциально бесконечного цикла маскировки, раскрытия, ложного откровения, повторного раскрытия. Необходимо добавить, что поскольку окружающие, очевидно, не ставят под сомнение информативность предполагаемо нерегулируемых аспектов поведения индивида, то он может многого достигнуть путем управления этим аспектом поведения.

Конечно же, другие люди могут почувствовать, что индивид манипулирует теми аспектами поведения, которые считаются спонтанными, и будут искать в этом самом акте манипулирования какое-то экранирование поведения, которое индивид не в состоянии контролировать. А это вновь вызовет проверку достоверности поведения индивида, на этот раз предположительно непреднамеренного, тем самым, восстанавливая асимметрию коммуникативного процесса. Искусство проникать в усилия индивида сыграть спонтанность, по-видимому, развивается лучше, чем наша способность манипулировать своим собственным поведением, и поэтому, сколько бы ходов не было сделано в информационной игре, наблюдатель, скорее всего, имеет преимущества перед актером и изначальная асимметрия коммуникативного процесса должна сохраняться.